Александр Гуторов

Александр Гуторов, директор по обеспечению бизнеса РУСАЛа: «Работаем без дефицита»

Доля импортного прокаленного кокса в сырьевой корзине РУСАЛа только за последние два года сократилась на 20%. О проектах импортозамещения, способствующих повышению сырьевой безопасности Компании, принципах формирования сырьевой корзины, проблемах в сфере транспорта и логистики и путях их решения в интервью рассказал директор по обеспечению бизнеса РУСАЛа Александр Гуторов.

30 ноября 2016
"Вестник РУСАЛа", ноябрь 2016 

Благодарим редакцию газеты "Вестник РУСАЛа" за предоставление данного материала. 

Срывы исключены 

– Давайте поговорим о сырьевой корзине. Насколько сейчас заводы Компании обеспечены сырьем? Есть ли дефицит?

– Дефицита в нашей сырьевой корзине не может быть по определению. Поскольку это привело бы к снижению объемов производства, а таких случаев мы не допускали. Заводы сырьем обеспечены. Периодически, конечно, возникают ситуации, когда остатки снижаются до тревожного уровня, но мы держим их на контроле и при необходимости совместно с Алюминиевым дивизионом организуем штабы по оперативному реагированию. Порой возникают перекосы и в другую сторону, то есть когда остатки на каком-нибудь из заводов или даже на нескольких предприятиях излишне возрастают. Чаще всего это является следствием каких-то тактических действий, связанных с переговорами с поставщиками: мы должны быть надежно защищены на тот период, пока еще не заключен контракт.

– Что со стратегической точки зрения делается для бесперебойного обеспечения сырьем заводов Компании?

– Я хочу отметить, что в целом в секторе обеспечения сырьем мы работаем системно, наша цель заключается в том, чтобы предупредить и исключить ситуации срывов поставок, а не заниматься «тушением пожаров» в случае их возникновения. Для достижения этой цели мы в прошлом году разработали  и утвердили на Управляющем комитете стратегию снабжения сырьем на пять лет. В этом документе четко обозначены направления усилий и конкретные действия, гарантирующие надежность в части обеспечения сырьем производств Компании в долгосрочной перспективе. Если в двух словах, то главные постулаты стратегии состоят в заключении долгосрочных договоров с ключевыми поставщиками основных видов сырья (кокс, пек, аноды) вкупе со строительством собственных мощностей по его производству.

Понятно, что стратегия – документ долгосрочный, в нее будут вноситься корректировки, связанные с запуском или остановкой каких-то предприятий наших поставщиков, а также с планируемым вводом в эксплуатацию мощностей Компании по производству анодов, прокаленного кокса. Но она в целом дает понимание, как мы будем жить последующие пять лет в части обеспечения сырьем. 

Прощай, Китай! 

– Импортозамещение уже в течение нескольких лет является одним из основных принципов бизнеса РУСАЛа. По каким позициям удалось отказаться от импортной продукции в сырьевой корзине? Какова сейчас доля импорта?

– Импортозамещение – это один из наиболее эффективных механизмов в работе по оптимизации стоимости корзины сырья. Одним из основных направлений нашей стратегии закупок как раз и является максимальный уход от импорта. Достигается эта цель по-разному, в зависимости от вида сырья и технологии его производства. Например, мы еще с 2012 года полностью исключили импорт сырого нефтяного кокса из Китая, а от китайского прокаленного кокса планируем отказаться со второй половины следующего года. Это станет возможным благодаря запуску новой прокалочной печи на ИркАЗе. В целом доля импорта нефтяного кокса сократилась с 74% в 2013 году до 59% в 2016-м. При этом доля импорта самого дорогого, китайского, кокса в нашей сырьевой корзине за этот же период снизилась с 33 до 22%.

– Что из сырья, заместившего импорт, приобретается на внутреннем рынке, а что производится непосредственно на предприятиях РУСАЛа?

– Благодаря стратегическому партнерству с одним из российских производителей мы за последние три года на 19 тыс. тонн снизили закупки фтористого алюминия в Китае, а в следующем году планируем сократить их еще на 5 тыс. тонн. Таким образом, если доля импорта фтористого алюминия после консервации собственных мощностей по его производству в 2014 году составляла 70%, то в текущем она находится уже на уровне 51%. И  продолжает уменьшаться.

В этом году нам удалось договориться с компанией «Энергопром», и с апреля она начала поставлять предприятиям РУСАЛа обожженные аноды. Планируем продолжить сотрудничество и в следующем году. С этой же компанией, а также с рядом других российских переработчиков изучаем возможности прокалки кокса. Также уже получили опытную партию прокаленного кокса из Павлодара. В этом вопросе особое внимание уделяем качеству – с учетом общей тенденции ухудшения качества российской нефти.

Как я уже сказал, в августе 2017 года ждем ввода в эксплуатацию мощностей по прокалке кокса на ИркАЗе, соответствующие корректировки уже внесены в бизнес-план. А на 2019 год запланирован запуск анодного производства в Волгограде на базе ВгАЗа. 

В оперативном режиме 

– С какими трудностями приходится сталкиваться?

– В части закупок сырья в текущем году, как я сказал, ни одного случая провалов в обеспечении ритмичной работы заводов нашей дирекцией допущено не было. Хотя проблем, конечно, хватает. Среди них, например, могу назвать внезапную остановку поставок пека от одного из ключевых поставщиков –  компании «Алтай Кокс» – в первом квартале, произошедшие аварии на нефтеперерабатывающих заводах, где мы закупали нефтяной кокс, и последующее снижение либо остановка отгрузок. Наша задача – оптимизировать поставки в таких случаях.

Непростая ситуация складывается и с поставками с Украины, откуда мы получаем достаточно большой объем пека для наших заводов. Несмотря на сложность положения, поставки продолжаются, но у нас нет гарантии того, что они не прекратятся в любой момент. Уже неоднократно возникали ситуации, когда наши вагоны простаивали несколько месяцев по причине того, что железная дорога была обесточена, пути разбиты.

Есть также сложности, не связанные с ритмичностью отгрузок, но от этого не менее важные. Например, в течение последних лет уже сложилась устойчивая тенденция ухудшения качества нефтяных коксов, производимых в России, а это влечет за собой множество негативных последствий в области технологии и экологии.

Но в целом со всеми проблемами дирекция успешно справляется, в текущем году мы строго соблюдаем все целевые показатели.

– Как повлияли на обеспечение бизнеса РУСАЛа падение цен на нефть и девальвация рубля?

– Конечно, девальвация рубля стала плюсом для нас. Положительный эффект дало и падение котировок нефти, которые продолжительное время держались на низком уровне, что положительно для нас отразилось на ценах на сырье. Так, за первое полугодие этого года только за счет изменения макропараметров нам удалось сэкономить на закупке сырья 23,6 млн долларов от уровня целевых показателей. Причем такая тенденция была характерна практически для всех рынков в большей или меньшей степени, несмотря на то, что далеко не все они напрямую зависят от уровня цен на нефть.

Но стоит отметить, что во второй половине года тенденция несколько изменилась, произошел некоторый разворот цен на энергоносители – нефть, мазут и особенно уголь, которые начинают отыгрывать утраченные позиции. Также негативное влияние на цены оказывают изменения в законодательстве Китая, ужесточающие экологические требования к предприятиям в части выбросов. Все эти факторы, вкупе с ростом производства алюминия в Китае, дают нам основания полагать, что в ближайшем будущем темп снижения цен на многих рынках замедлится и перейдет в боковой тренд, возможно, даже с некоторым ростом.

– Насколько успешно ведется работа по сокращению складских остатков? Посчитан ли эффект от этой работы?

– Нужно понимать, что стремление к снижению складских остатков ограничено необходимостью решения другой проблемы: возможностью гарантированного обеспечения производства даже в случае срыва поставки определенным поставщиком, а иногда и одновременно несколькими. Эффект от снижения запасов рассчитать просто, однако негативные последствия всего лишь от одного срыва поставки и, соответственно, перерыва в производстве многократно перекроют экономию. Поэтому данной  работе мы уделяем особое внимание, начиная с правильного расчета нормативов и заканчивая ежедневным отслеживанием их выполнения. Также стремимся оптимизировать логистику поставок. Это позволяет сокращать запасы, не повышая рисков срывов в обеспечении заводов сырьем. Так, благодаря комбинированию схемы поставки легирующих компонентов для НкАЗа через Красноярск мы получили годовой экономический эффект в размере 36,6 тыс. долларов. 

Максимальная загрузка 

– Как складываются взаимоотношения РУСАЛа с РЖД? Как постоянно растущие тарифы на перевозки влияют на бизнес Компании?

– Повышение тарифов РЖД оказывает самое негативное влияние на бизнес РУСАЛа, так как у нас в затратах на производство всей нашей продукции около 10% занимает перевозка грузов и кратно превышает аналогичный  показатель у зарубежных  конкурентов. Более того, она имеет тенденцию к увеличению в условиях происходящей индексации и неблагоприятной конъюнктуры рынков сбыта. С точки зрения логистики мы уступаем многим другим производителям: большинство наших заводов расположены в центре Сибири, расстояния от портов и на Востоке, и на Западе очень большие – 3-4 тыс. километров. Однако остальные транспортные составляющие не так сильно влияют на бизнес, как тарифы РЖД: мы обеспечены длинными контрактами с портами, перевозчиками, операторами и собственниками подвижного состава.

Что делается для оптимизации логистических схем, сокращения транспортной составляющей, минимизации затрат?

– Компания находится в постоянном поиске оптимальных логистических решений, позволяющих экономить  на затратах. Работа проводится по целому ряду направлений. Прежде всего это разработка новых схем погрузки и выгрузки, использование комбинированных вагонов, вкладышей и мягких контейнеров, маршрутизация отправок, заключение долгосрочных соглашений со стивидорными компаниями на перевалку в морских портах, ориентация на лучшие предложения фрахтового рынка. Отдельное место занимает взаимодействие с ФАС России, Минтрансом, Минэкономразвития, РЖД и операторскими компаниями в части улучшения тарифных условий и предоставления скидок на перевозки сырья и готовой продукции железнодорожным транспортом.

– Расскажите, пожалуйста, подробнее о проектах улучшений в сфере транспорта и логистики, благодаря которым удалось уменьшить себестоимость продукции.

– И наша дирекция, и Алюминиевый дивизион применяет целый набор инструментов, начиная от самых элементарных. Например, мы максимально используем грузоподъемность вагонов, стараемся загружать их полностью. Ведь железнодорожный тариф устанавливается на вагон вне зависимости от веса груза, будь это хоть 10 тонн, хоть 60. 

Следующий момент: мы повысили уровень маршрутизации, и он теперь составляет порядка 25 маршрутов в месяц. Маршрут – это организованный поезд с готовой продукцией, который уходит с наших заводов в порты. Чем это для нас интересно? Во-первых, мы получаем скидку 10% на тариф, а во-вторых, срок доставки маршрута гораздо быстрее, чем одиночной или групповой отправки, ведь такой поезд идет прямиком в пункт назначения, нет необходимости расформировывать его на сортировочных станциях.

Еще один проект, который ведется с 2009 года, предусматривает организацию перевозок глинозема в полувагонах в мягкой таре. Для этого на заводах была проведена модернизация, на некоторых, как на КрАЗе и ИркАЗе, довольно масштабная. Одновременно мы взаимодействуем с угольщиками, которые доставляют свой уголь в порты. Чтобы не отправлять вагоны порожняком обратно, например в Иркутск или Кузбасс, мы предлагаем загружать их глиноземом. Используем комбинированные вагоны:  в одну сторону работает как хопер – для перевозки сыпучих грузов, а в другую – как крытый вагон либо полувагон. Все эти решения позволяют оптимизировать нашу транспортную составляющую.

– Из-за высоких железнодорожных тарифов ряд заводов стали более активно использовать автотранспорт для перевозок. Насколько это оправданно?

– Там, где это возможно и экономически оправданно, предприятия Компании действительно используют автотранспорт для вывоза готовой продукции. Это позволяет сокращать сроки доставки грузов, улучшать сервис и даже экономить на провозных платежах. Однако развитие данной категории перевозок имеет известные ограничения. Кроме того, в последнее время РЖД предпринимает меры по возвращению ушедших на автотранспорт грузов на железную дорогу, предоставляя грузоотправителям весьма существенные скидки на коротких плечах.

– Насколько активно ваша дирекция использует в своей работе инструменты и подходы бизнес-системы РУСАЛа?

– Дирекция активно участвует в этих процессах. Сегодня мы ведем порядка 20 проектов, основанных на принципах бизнес-системы РУСАЛа. Проекты эти абсолютно разнонаправленные: логистического характера, направленные на развитие поставщиков, связанные с внутризаводской логистикой, подвижным составом. Естественно, все они дают положительный эффект. А еще порядка 20 проектов в данный момент находятся в стадии проработки и утверждения. 

Беседовал Данил КЛЯХИН, Фото из архива редакции

Начать обсуждение


UP-PRO в сетях